Главная / СТАТЬИ / Старовер размышляет о смысле и целесообразности славянского костюма.

Старовер размышляет о смысле и целесообразности славянского костюма.

Старец Димитрий носит вышитые рубахи, кушак, очелье и бороду

 

…В популярном магазине бытовой техники Аши высокий широкоплечий мужчина покупал телевизионную панель. Но не покупкой под стать себе — косая сажень в диагонали — привлекал он внимание окружающих… А своим необычным внешним видом. Вышитая холщовая косоворотка, подпоясанная кушаком, свободные штаны, заправленные в хромовые сапоги. Его длинные волосы сдерживала повязка-очелье. Дополняла колоритный образ окладистая борода. Проводив его взглядом, подумала: «Вот идёт по российской земле человек в русском одеянии — и все удивляются. Что с нами происходит?» Мысль, так меня поразившая, заставила броситься вдогонку за необычным покупателем, чтобы познакомиться. Он представился старцем Димитрием, и это почему-то совсем не удивило.

 — Я родился, рос и долгое время жил в Уфе, — рассказывает старец. — Жил как положено, как родители меня учили и направляли. А потом пережил три клинические смерти. Пройдя через такое, все меняются и, кажется, напрочь забывают о материальном, задумываются о духовном. Но, выйдя из больницы, снова погружаются в круговорот: работа, дом, накопления, долги. А я назад уже не вернулся. Я стал настойчиво интересоваться, кто мы, откуда, для чего пришли.

Решив жить, как мне нравится, бросил всё и приехал сюда. Обрёл новый дом, завёл хозяйство. И занимаюсь познанием. Со временем понял, что я — старовер, назвался старцем Димитрием. А вслед за именем изменился и образ: борода, рубаха, кушак, очелье и оберег — кабаний клык. Всё в славянском образе наполнено смыслом, все целесообразно. И потому я от него ни за что не откажусь. Хотя мой вид в обществе вызывает разное отношение. Случается, и резко негативное. Меня в этой одежде да с посохом (мне просто трудно без трости ходить) в Аше дважды полицейские останавливали для выяснения личности, на массовые мероприятия не всегда пускают. Помню, по весне перетрудился — бревна таскал, строил, стало мне плохо. Приехал в больницу Улу—Теляка, мне туда поближе. А врач мне говорит: «Вы что, не могли по—нормальному одеться?» А другой врач ему вместо меня отвечает: «К нам на скорой кого только не привозят: и пьяных в усмерть, и бомжей, грязных, чумазых, рваных, драных. А тут пришёл человек в чистом весь, в русском наряде — и он ненормальный? Ты хоть понял, что сказал?»

Полную версию читайте в номере «Стальной искры» за 8 февраля 2019 года

Юлия Сергеева, фото Ирины Жигар

Система Orphus